Первые грандиозные постановки
В первое десятилетие существования кино начинается выпуск фильмов в Италии, где много яркого солнца. Это очень важный показатель для съемок. И им тут же воспользовались в полной мере: итальянские режиссеры стали снимать свои картины исключительно на натуре.
В отличие от других стран они проявили особый интерес к истории, к античным сюжетам и легендам, и исторический фильм вышел на первый план. К этой работе привлекают лучшие творческие силы — видных писателей и театральных актеров, художников и архитекторов.
В окрестностях Рима строят грандиозные декорации: дворцы, замки, мосты и другие сооружения в натуральную величину. Все делается так тщательно и с таким мастерством, что никакой подделки на экране не заметишь.
Начало величественным постановкам о далеком прошлом было положено фильмом «Последние дни Помпеи» — он вышел на экраны в 1908 году и по своему размаху превзошел все европейские исторические картины.
А за этим фильмом последовала еще более значительная постановка — «Падение Трои», повествовавшая о Троянской войне и воскрешавшая события, описанные древнегреческим поэтом Гомером. Для картины была изготовлена огромная фигура «троянского коня», которая передвигалась на колесиках; в ней, как известно, находились коварные воины — они проникали в осажденный город обманом и устраивали там пожар. Сам пожар в Трое был снят на маленьких макетах, но он производил внушительное впечатление.
«Падение Трои» поставил режиссер Джованни Пастроне. Ему же принадлежала и картина «Кабирия», сделанная по роману французского писателя Флобера «Саламбо», — она тоже стала событием. И не только в Италии — во всем мире. «Кабирия» рассказывала о трагической судьбе дочери римского аристократа, украденной пиратами и проданной в рабство в Карфагене. Ее дважды пытались принести в жертву чудовищу Молоху, и дважды ее спасал от смерти силач Мацист. Мациста сыграл миланский грузчик Эрнесто Погано. После этого он часто снимался в кино. Его герои всегда демонстрировали свою силу и храбрость.
Незабываемое
«Мой герой — Мацист», — так считал Сергей Образцов. Правда, в то время он был еще мальчишкой. Но сохранил яркие впечатления от фильма:
«Абсолютно не помню, как выглядела красавица Кабирия. А вот ее телохранитель Мацист — это другое дело. Он был предметом восхищения и подражания всех московских мальчишек. Смел, добр и невероятно силен. Он кидал огромные каменные глыбы. Он разогнул железные прутья тюремной решетки. А какие у него были бицепсы!
Я раздобыл старые, рыжие от ржавчины гири и дней десять упражнялся. Очень хотелось, чтобы и у меня выросли такие же бицепсы, как у Мациста».